Вечный воитель [= Вечный герой ] - Майкл Муркок

Я сидел в одиночестве и пил, пил и пил.

Но вино элдренов почему-то приобрело привкус крови, и я отшвырнул кубок, взял мех с вином, который передал мне граф Ролдеро, и не отрывался от него, пока не выпил подчистую.

Однако я не пьянел. С улицы по-прежнему доносились крики. Я занавесил окна, но на них метались черные тени. Я не в состоянии был напиться пьяным и потому даже думать не смел о сне, ибо знал, каковы будут мои сны, и боялся их ничуть не меньше, чем мыслей о том, что сулит наше пребывание в Пафанаале его оставшимся в живых жителям.

Почему я оказался тут? О, почему?

Снаружи послышался шорох. Затем в дверь постучали.

— Войдите, — сказал я.

Видно, я отозвался слишком тихо. Стук повторился. Я встал, покачиваясь подошел к двери и распахнул ее настежь.

— Почему меня не желают оставить в покое? На пороге стоял испуганный солдат Имперской стражи.

— Господин Эрекозе, прости, что надоедаю тебе, но меня прислал король Ригенос.

— Что ему нужно? — спросил я равнодушно.

— Он хочет видеть тебя. Говорит, ему надо с тобой кое-что обсудить.

Я вздохнул.

— Ладно. Скажи, что скоро приду.

Солдат повернулся и заторопился прочь.

* * *

Преодолев себя, я отправился в королевские покои. Там я нашел всех семерых маршалов: развалясь в креслах, они праздновали победу. Еще там был король Ригенос, пьяный до такой степени, что мне стало завидно. Каторн, к немалому моему облегчению, отсутствовал.

Должно быть, он возглавлял погромщиков.

Увидев меня в дверях залы, маршалы обрадованно загудели и подняли кубки с вином.

Проигнорировав их, я подошел к сидящему в отдалении королю, который смотрел в пространство невидящим взглядом.

— Ты хотел обсудить со мной дальнейшие планы наших действий, — сказал я. Или я ошибаюсь?

— А, Эрекозе, друг мой. Бессмертный. Победитель. Спаситель человечества. Приветствую тебя, Эрекозе, — пьяным жестом он положил мне на руку свою ладонь. — Я знаю, ты считаешь, что королю не к лицу напиваться.

— Ничего я не считаю, — отозвался я. — Сам пью как лошадь.

— Но ты… потому что бессмертный… остаешься… — он икнул, остаешься трезвым. Я через силу улыбнулся.

— Быть может, твое вино покрепче моего. Если угостишь, я не откажусь.

— Раб! — крикнул король. — Раб! Принеси вина моему другу Эрекозе!

Из-за ширмы появился дрожащий мальчишка-элдрен. Он тащил мех с вином, который был едва ли не больше его самого.

— Вижу, вы вырезали не всех детей, — заметил я.

Ригенос хихикнул.

— Да, кое-кого оставили. Пусть пока послужат. Я взял у мальчика мех и кивнул ему:

— Можешь идти.

Подняв мех, я приложился губами к отверстию и принялся жадно пить. Но вино по-прежнему отказывалось затуманить мой мозг. Я отшвырнул мех. Он тяжело плюхнулся на пол, обрызгав вином ковры и подушки.

— Хорошо! Отлично! — выдавил король, продолжая хихикать.

Варвары, какие же они варвары! Мне вдруг захотелось снова стать Джоном Дейкером. Прилежным и несчастным Джоном Дейкером, который жил тихой, отстраненной жизнью, изучая то, что никому не нужно.

Я повернулся, собираясь уходить.

— Подожди, Эрекозе. Я спою тебе песенку. Нечестивую песенку про нечестивых элдренов.

— Завтра.

— Завтра уже наступило!

— Мне надо отдохнуть.

— Я твой король, Эрекозе. Ты обязан мне своим воплощением. Не забывай этого!

— Я все прекрасно помню.

Двери залы распахнулись. Солдаты втащили девушку.

Впереди них шагал Каторн. Он ухмылялся ухмылкой обожравшегося волка.

У девушки были черные волосы и очаровательное личико. В глазах застыл ужас. Она была красива странной, переменчивой красотой, которая оставалась при ней и в то же время как будто обретала с каждым вздохом нечто новое. Платье ее было разорвано; лицо и руки покрывали синяки.

— Эрекозе! — Каторн заметил меня. Он тоже еле держался на ногах. — Эрекозе и ты, Ригенос, мой господин и король, глядите!

Король моргнул и с отвращением посмотрел на девушку.

— Обычная элдренская шлюха. Убирайся отсюда вместе с ней, Каторн. Делай с ней, что захочешь, — что только взбредет тебе в голову, лишь бы она была мертва, когда мы уйдем из Пафанааля.

— Ну нет! — расхохотался Каторн. — Да вы взгляните! Поглядите на нее как следует!

Король пожал плечами и принялся внимательно рассматривать содержимое своего бокала.

— Зачем ты привел ее сюда, Каторн? — спросил я тихо. Он зашелся смехом, широко раскрыв рот, а потом воскликнул:

— Э, да вы не знаете, кто она такая!

— Каторн! Убери свою шлюху с глаз долой! — в пьяном гневе завопил король.

— Господин мой, это — это Эрмижад!

— Что? — король подался вперед и пристально взглянул на девушку. — Что? Эта девка — Эрмижад? Эрмижад из Призрачных Миров?

Каторн кивнул.

— Она самая.

Король даже слегка протрезвел.

— Я слышал, она обольстила многих смертных и умертвила их. За все свои прелюбодеяния она умрет мучительной смертью. Сжечь ее заживо!

Каторн помотал головой.

— Подожди, король. Разве ты забыл, что она — сестра принца Арджевха?

Ригенос кивнул, тщетно стараясь сохранить серьезность.

— Ах, ну да, сестра Арджевха!

— И что отсюда следует, господин? Нам надо оставить ее у себя, правильно? Сделаем из нее заложницу. Всегда полезно иметь заначку, а тем более такую!

— Ну да, ну да. Ты молодец, Каторн. Не спускай с нее глаз, — король глупо ухмыльнулся. — Нет, так нечестно. Ты заслужил награды. Иди, продолжай развлекаться. А кто у нас не хочет развлекаться?

Он поглядел на меня.

— Эрекозе! Эрекозе, который пьет и не пьянеет. Отдаю ее под твой присмотр. Победитель. Я кивнул.

— Хорошо.

Мне было жаль девушку, какие бы преступления она ни совершала.

Каторн посмотрел на меня с подозрением.

— Не тревожься, Каторн, — сказал я. — Поступай, как велел тебе король, продолжай развлекаться. Убей кого-нибудь еще. Изнасилуй кого-нибудь еще. Ты наверняка не успел обшарить весь город.

Каторн нахмурился, потом его мрачное лицо слегка прояснилось.

— Может, кто и остался, — признал он, — Но мы не пропускали ни единого дома. А до рассвета доживет небось она одна.